Рассказы

Россияне расстреливали мирные митинги, но Херсон продолжал сопротивляться. История отважной украинки.

До начала полномасштабного вторжения у Олега не было дела с дронами, поэтому учиться пришлось уже на поле боя. Главная задача – определить позицию вражеских войск и уничтожить их.

Он мне снился. Я видел то место, где я с ним разговаривал. Я спрашивал, как это произошло? — вспоминает Искандер о снах после смерти побратима.

Не знаю, на что они рассчитывали, но с каждым их поступком и каждым новым днем ​​я испытывал еще больший негатив к россиянам, — рассказывает Дмитрий, которого оккупанты бросили за решетку.

Валентина Марджанишвили — украинка, которая уже 40 лет проживает в Тбилиси. Она рассказала об отношении к беженцам в Грузии.

С началом обстрелов меня посекло осколками и выбросило из бронетранспортера, — вспоминает Евгений об одном из самых опасных моментов в его жизни.

Читай истории четырех женщин, которых война застала на последних сроках беременности или с младенцами на руках.

Украинский военный рассказал о критических моментах жизни во время войны и о том, как летал в Мариуполь.

Яков и Вова — мальчики из Одесской области. Их мама погибла на месте от обстрелов. Читай историю их психологической реабилитации.

Предприниматель Виталий Шакало рассказал, как он помогал людям во время оккупации.

Дончанка Вероника Кобзиста открыла милитари-магазин, несмотря на гендерные стереотипы. Читай, как волонтерство переросло в бизнес.

“Круто, когда есть возможность разгрузиться и просто поговорить, а бегающий психолог под обстрелами в бронике — еще тот смешной человечек с оптимизмом”, — говорит Анастасия.